Латыш сварил для Йыхви из металлолома ежа
Дата: 13. 06. 2007 в 16:00:00
Тема: Репортаж


Йыхви установит на окраине города фигуру голосующего ежа, которую латвийский скульптор Эдвин Круминьш изготовил из металлолома.

Площадка для металлолома "Куузакоски" в деревне Йыхви накалена солнцем, будто адский котел, в котором расположились трое художников. "Мы с Калевом (йыхвиским волостным художником Калевом Притсом. - Т.Л.) являемся субподрядчиками латыша", - посмеивается имеющий йыхвиские корни скульптор Айвар Симсон и поглаживает свою круглогодично находящуюся под рукой дедморозовскую бороду.

Разбрасывающий вокруг искры от сварки латыш похож на спрятавшегося за сварочным щитком сатану, спокойно возясь над колючим монстром и не позволяя окружающему мешать себе.

По словам Симсона, латыши - более хорошие мастера по металлу, чем эстонцы. "Им не оставалось ничего иного, как сваривать железо, ведь бронзовое литье добралось до Латвии позднее, чем до Эстонии", - утверждает он.

- Лошадей я изготовил из железа множество, а вот ежа делают впервые, - отмечает Круминьш, которого Симсон с уважением называет фанатом лошадей. "Он знает каждую лошадь в Латвии в "лицо" и "по имени"! Он - бесспорно лучший в странах Балтии скульптор, ваяющий лошадей!" - уверяет Симсон. Один из образцов круминьшевских лошадей уже не один год стоит перед трактиром "Валге хобу".

Притс погрузился в возвышающуюся неподалеку кучу металлолома, отыскивая в ней подходящие для ежа детали. "Это похоже на остров сокровищ, - говорит он, вытаскивая из груды металла кованое изделие в виде тюльпана и внушительного вида пружину. - У меня глаза загорелись, когда впервые увидел это добро!".

Охота за сокровищами никогда не являлась, однако, безопасным предприятием, тем более, если происходит она в куче железного лома. "Позачера ногу до крови разодрал", - говорит Притс, ища, расставив ноги, на макушке металлической горы более надежную опору.

Еж ростом метра в два обрел нос из настоящего ротора, а иглы - из найденной в железном хламе бороны.

По словам Притса, рост ежа пропорционален Калевипоэгу Тауно Кангро, который станет в будущем полоскать ноги в Финском заливе. "Этот еж имеет средний для Европы рост", - усмехается Притс. Идея голосующего на окраине Йыхви ежа исходила от него, как и пластилиновый эскиз, по которому Круминьш вот уже который день превращает металлолом в скульптуру. "Я подумал, что пока Таллинн возится с этим Калевипоэгом, мы безо всяких поставим в Йыхви ежа, который давал Калевипоэгу добрые советы", - отмечает Притс, напоминая поучения колючего шара богатырю, в ходе боя с бесами крушившего доску за доской. "Ребром надо, ребром", - учил ежик.

- Ну, уже совсем на ежа похож, - отмечает водитель сваливающего металлолом в кучу транспорта Арманд, которого использование металлолома в искусстве вовсе не удивляет. - В финском Ляксиском порту стоит корова трехметровой высоты - тоже сделана из металлолома и очень внушительная.

По словам Арманда, площадка для металлолома - такой богатый источник сырья для художественных произведений, что из найденного здесь можно установить в Йыхви сто ежей. "Беда только в том, что не каждый сварщик является художником и не каждый художник - сварщиком", - говорит он, любуясь сноровкой латыша.

Когда этот еж займет свое место на обращенной к Кохтла-Ярве стороне города, волостной художник пока сказать не смог.

Однако на нынешней неделе из Таммиспеа со двора Айвара Симсона прибудут в Йыхви для компании к большому ежу целая группа ежиков поменьше, но зато тяжеловеснее. Речь идет об отлитых из цемента препятствиях в виде ежей, выполняющих также функцию цветочных горшков.

Тийа ЛИННАРД
Среда, 13.6.2007





Это статья из Severnoje Poberezje
http://rus.pohjarannik.ee

URL этой статьи:
http://rus.pohjarannik.ee/modules.php?name=News&file=article&sid=4583